МО г. Ивантеевка, ул. Пионерская, дом 11, пом. 008
Телефон: +7 (985)3-555-000

МО г. Королев, проезд Макаренко, д.1
Телефон: +7 (985)3-55555-2

Электронный адрес: 79853555000@yandex.ru                  

Что такое программа Floortime - чем она на самом деле является, а чем нет

Программа Floortime лежит в основе терапевтической модели DIR (прим. переводчика – Developmental — развивающая, Individual differences – учитывающая индивидуальные особенности, Relationship-based – основанная на построении отношений), которая рассчитана на детей младшего и школьного возраста, имеющих различные трудности в развитии, включая расстройства аутистического спектра, а также их семей.

Эта программа включает в себя работу над всеми функциональными уровнями развития, которые выделяются в модели DIR. Она учитывает индивидуальные особенности ребенка в обработке информации и направлена на создание такой обучающей среды, в которой ребенок будет продвигаться в своем развитии, отталкиваясь от тех навыков и умений, которыми он уже обладает. Помимо программы Floortime терапевтическая модель DIR включает в себя также работу со специалистом по развитию речи, эрготерапевтом, физическим терапевтом, различные образовательные программы, программы консультирования и поддержки родителей, интенсивные программы для занятий дома и в школе.

В этой статье нам бы хотелось подробнее остановиться именно на Floortime, как компоненте модели DIR, на котором, как правило, базируются домашние занятия с ребенком, а также некоторые из школьных занятий. Floortime (букв. – время, проведенное на полу) — это когда мы вместе с ребенком сидим или лежим на полу и проводим занятия, находясь именно на полу. С одной стороны, Floortime – это специфическая техника, когда взрослый (мама, папа, бабушка, дедушка, няня) проводит по 20 минут на полу с ребенком несколько раз в день. С другой стороны, это и особая философия двусторонней коммуникации, которая должна пронизывать все виды занятий с ребенком (занятия по развитию речи, двигательная коррекция, занятия с коррекционным педагогом, и т.д.)

Мы попытаемся дать определение программе Floortime, выяснить, в чем ее суть и развеять заблуждения о ней, объяснив, почему Floortime является краеугольным камнем модели DIR. Мы постараемся, чтобы это определение отвечало требованиям профессиональных терапевтов и специалистов по развитию, а также было абсолютно понятно и прозрачно для родителей.

Итак, программа Floortime включает в себя две полярности, два принципа одного развивающего процесса, о которых необходимо всегда помнить. Первый принцип — это принцип следования за ребенком. Второй заключается в том, чтобы входя в мир ребенка и разделяя его мир, вовлекать его в совместное со взрослым пространство, поднимать его на следующий уровень развития, наделяя новыми знаниями и развивая каждый из его функциональных уровней.

Давайте рассмотрим подробно каждый из этих принципов:

1. Следовать за ребенком

Самый известный принцип Floortime можно сформулировать следующим образом – выстраивая взаимодействие с ребенком, необходимо следовать его интересам, поощрять и развивать их.. Почему же так важно следовать за ребенком? Ведь на протяжении всей истории педагогики, чьей целью является обучение ребенка, мы часто сталкиваемся с тем, что пытаемся обучать ребенка тому, чему он обучаться не хочет. Мы привыкли считать ребенка существом, руководствующимся инстинктами и примитивными удовольствиями, индивидом, который никогда не станет социальным, если следовать только его желаниям. Именно поэтому мы якобы не можем делать то, что ребенок хочет делать. Так, почему все же так важно следовать за ребенком? Во-первых, потому что эти желания могут многое нам сказать о его эмоциональном мире, дать нам знать, что радует его. Например, ребенок может часами стоять возле вентилятора, уставившись на него. Нам кажется это абсолютно неприемлемым, и мы пытаемся избавить ребенка от этой привычки.

Однако для ребенка это почему-то значимо и приятно. Ребенок бесконечно трет одно и то же пятно на полу. В этом есть что-то значимое для него. Ребенок без остановки закрывает и открывает дверь, или бесцельно слоняется по комнате из угла в угол. И мы начинаем с вопроса: «Почему ребенок это делает?» И ответом будет не то, что у ребенка такое-то и такое-то расстройство или проблема, или что у него аутизм или синдром Дауна. Каждый ребенок – это человек. И у него, возможно, есть набор проблем и диагнозов, но он сам – не проблема! Он – человек со своими реальными желаниями и чувствами. Подчас ребенок не может сказать нам, что доставляет ему удовольствие, и почему он делает то или иное. Тогда мы должны сами попытаться ответить на этот вопрос, наблюдая за ним и за его действиями. Почему он это делает? Почему это доставляет ему удовольствие? Что это значит для него? Собственно, на этом этапе и происходит следование за ребенком, для того чтобы войти в его мир, разделить его мир и затем попытаться расширить границы его мира посредством выстраивания взаимоотношений. Именно на этом должны базироваться любые взаимодействия между ребенком и взрослым, будь то родитель, любой другой родственник или педагог. И такой характер взаимоотношений свойственен не только роду человеческому, такие взаимоотношения можно наблюдать и у приматов, и даже других млекопитающих, находящихся на более низкой ступени эволюционного развития. Понаблюдайте, как играет со своим детенышем собака! У многих живых существ именно так и начинается развитие – вхождение в мир еще беспомощного малыша с целью построения совместного со взрослым пространства.

Действительно, целью является вовлечение ребенка в «наш» мир из мира его собственного, но мы не хотим делать это насильственными методами сквозь крики и слезы. Делать это лучше с теплотой и удовольствием. Мы хотим, чтобы ребенок разделил с нами наш мир, и в этом главный смысл. Есть множество причин, по которым ребенок может быть поглощен сам собой и предпочитать находится в своем мире. Как мы можем помочь ребенку захотеть быть с нами в нашем совместном мире? Что же может мотивировать его быть частью совместного мира? Для начала это может быть потребность в уважении его интересов. Если ребенок бесцельно слоняется или прыгает по комнате, мы делаем то же самое вместе с ним. В этот момент ребенок начинает понимать, что он является партнером в этом якобы бесцельном передвижении по комнате. Или мы трем вместе с ним одно и то же пятно на полу. Но следовать за ребенком — это только одна сторона равенства.

Если ребенок катает машинку, мы можем делать это вместе с ним. Мы можем катить машинку к нашим рукам, сложив их так, как будто бы это тоннель. Всегда есть способы следовать за ребенком, входя в его мир и затем вовлекая его в мир совместный с нами. И тогда мы увидим, что вместо того, чтобы злиться и раздражаться и убегать от взрослого, ребенок начинает дарить нам теплые улыбки и дружелюбный взгляд. Это и есть начало построения общего мира, совместного с нами пространства.

2. Вовлекать ребенка в совместное пространство для того, чтобы развивать его функциональные способности

Итак, в одной части равенства находится принцип следования за ребенком. Но есть и другая часть равенства: необходимо вовлекать его в наш совместный мир с целью развития и совершенствования каждого из уровней его функциональных способностей. Эти способности являются базой эмоционального, социального, речевого и интеллектуального развития ребенка. Когда мы говорим о функциональных способностях, мы имеем в виду необходимый базис для построения взаимоотношений, приобретения навыков общения, мышления.

Мы хотим вовлечь ребенка в наше совместное пространство для того, чтобы научить его обращать внимание и фокусировать его, строить взаимоотношения, ставить цели и выступать с инициативой, находиться в диалоге с окружающими его людьми посредством жестов и, в конечном итоге, посредством слов. Мы хотим научить ребенка находить решения, предвидеть последствия, постоянно взаимодействовать с его окружением и людьми в этом окружении. Мы хотим научить его творческому подходу. Мы хотим научить его мыслить критически, оценивать собственные чувства и мысли, чтобы он мог сказать: «Я сегодня более зол, чем надо было бы», — или, — «Я согласен с Марком Твеном, но я не согласен с Толстым, потому что Твен был воспитан в тех же традициях, что и я».

Вот что является конечной целью создания совместного с ребенком пространства — научить его сопереживанию, творческому подходу, научить быть логичным и думающим человеком. Не каждый ребенок способен достичь высшей ступени критического мышления, но большинство детей все же способны подниматься вверх по лестнице развития. Собственно, в этом и заключается вторая часть равенства – развитие функциональных уровней ребенка, его социальных, эмоциональных, интеллектуальных, речевых, академических способностей.

Как перейти от следования за ребенком к действиям по развитию его навыков и способностей? Как использовать технику следования за ребенком для мобилизации и развития его способностей, являющихся основанием для его общего гармоничного развития. Неужели это также просто, как бегать и прыгать по комнате, или бросать игрушки, с силой ударяя их об пол? Или это так же просто, как совершать глупые шалости, издавать смешные звуки и играть в «повторюшек»?

Здесь мы подошли к тому, из чего состоит второй принцип программы Floortime. Мы выделяем шесть основных и три дополнительных функциональных способности, которые необходимо развивать и совершенствовать.

  • способность обращать внимание
  • строить взаимоотношения
  • строить целенаправленную коммуникацию
  • взаимодействовать для решения жизненных ситуаций
  • использовать идеи логически
  • использовать идеи творчески

Для этих шести основных и трех дополнительных способностей, относящихся к критическому мышлению, мы разработали набор стратегий, исходным этапом которых является следование за ребенком, переходящее в построение совместного пространства с целью обучения.

Так, например, для того, чтобы помочь ребенку, который все время норовит от нас убежать и бесцельно слоняться по комнате, развить начальный уровень способности к совместному вниманию, мы можем начать передвигаться с ним по комнате таким образом, чтобы мы всегда вставали у него на пути, и ему приходилось нас обходить. При этом для того, чтобы обойти нас, он должен будет смотреть на нас, следить за нами, за нашим местоположением, потому что мы перекрываем ему дорогу. Это как игра в «кошки-мышки». Или мы можем обхватить его своими руками, но, не касаясь его, образовать как бы живую изгородь и двигаться вместе с ним по комнате. Для того чтобы продолжать двигаться по комнате, ребенок попытается схватить нас за руки. В этом случае ребенку также надо будет следить за нами и разделять с нами наше внимание к тому, что происходит. Кроме того, в этой игре он получит опыт того, что мы физически существуем отдельно от него.

Это начало развития навыка совместного внимания. Также это и начало вовлеченности, ведь в этой игре ребенок вовлечен в совместную с нами деятельность и увлечен нами, как предметом этой деятельности. Интересно, что это также является и началом целенаправленной деятельности – ребенок целенаправленно пытается схватить наши руки.

Приведем еще один пример – у ребенка есть любимая игрушка, до которой он хочет лишь дотронуться, а потом кинуть ее на пол. Мы прячем эту игрушку за дверью, и показываем ребенку, где находится игрушка. Потом ребенок начинает стучать по двери, и мы спрашиваем его: «Тебе помочь? Может быть, тебе помочь?» И вскоре ребенок берет нас за руку и тянет ее к дверной ручке, как бы прося нас помочь ее открыть. А три недели спустя он может сопровождать этой действие произнесением начальных слогов слова «открой», которые потом станут полноценной просьбой «Открой!».

Таким образом, следуя за ребенком, нам удалось мобилизовать не только внимание, вовлеченность и целенаправленное действие, но также и способность решать проблему и даже зачатки способности к речевому взаимодействию посредством слов. Такую стратегию мы называем стратегией «игрового препятствия». Мы используем такую стратегию по мере необходимости. Например, ребенок бесцельно катает туда-сюда машинку. Мы складываем руки на полу, таким образом, словно, изображая тоннель, и приглашаем ребенка провезти машинку через тоннель. В ответ ребенок улыбается нам и направляет машинку в наши руки. И тут же мы можем ввести слова «машинка, машинка, катить машинку». И, может быть, ребенок даже попытается их повторить. Мы можем даже дать ему выбор, спросив: «Ты хочешь прокатить машинку через тоннель или по дому?». И в ответ ребенок или попытается сказать нечто похожее на «дом», или укажет жестом. И здесь уже подключается его мышление в ответ на услышанные слова.

Выше мы описали такую стратегию взаимодействия, когда мы, следуя за ребенком, помогаем заниматься ему тем, чем он хочет, при этом приглашая его в наше совместное пространство и развивая его навыки и способности. Мы также используем стратегию «игрового препятствия».

Однако нашей целью является не только следование за ребенком, но и создание условий, при которых ребенок сможет развивать свои функциональные способности. В этом заключается диалектика подхода Floortime – разделить с ребенком его интересы, настроиться на его «волну», но делать это с целью вовлечения его в наш совместный мир, где он сможет развивать и совершенствовать свои способности. Повторим еще раз, что Floortime — это не просто следование за ребенком и вхождение в его пространство, это вовлечение его в нашу совместную деятельность, пробуждение его желания строить взаимоотношения с окружающими его людьми, его стремления к совместной деятельности, к обучению посредством его окружения. Всегда стоит помнить об этих двух принципах программы Floortime. Мы стараемся расширить способности ребенка на каждом из уровней его развития, переходя на следующий более высокий уровень.

Теперь следующий важный момент. Для того чтобы действовать в соответствии с принципами Floortime (следования за ребенком, при этом вовлечения его в наш совместный мир с целью развития навыков и умений), необходимо абсолютно четко понимать индивидуальные особенности обработки информации. Если ребенок, к примеру, характеризуется низким уровнем активности, нам потребуется немало энергии, чтобы создать совместное с ним пространство. Если ребенок гиперчувствительный к звукам и прикосновениями, наше воздействие на ребенка должно быть максимально мягким и осторожным.

То же и с особенностями слухового восприятия и восприятия речи. При этом мы не хотим говорить монотонно или специально замедлять темп речи, чтобы ребенок успевал их обрабатывать. Что нужно делать, так это сохраняя нормальный темп речи, использовать более простые фразы и повторять их по несколько раз. Если мы хотим сказать ребенку: «Открой дверь», не надо говорить это монотонным голосом, но с выразительностью и подходящими к ситуации интонациями, и показывать ребенку жестом, что мы хотим. Говорить энергично и ритмично и простыми фразами.

Многие дети могут иметь хорошую зрительную память, но при этом за деталями они не видят целостной картинки пространства, и не могут найти выход из ситуации посредством визуальных стимулов. Образно выражаясь, такие дети «за деревьями не видят леса». Многие из таких детей имеют трудности в планировании своих движений и выполнении последовательных действий. Таким образом, мы начинаем с доступного для ребенка уровня, постепенно повышая уровень взаимодействия с ребенком, при этом мы учитываем индивидуальные особенности обработки информации.

Кроме того, мы должны принимать во внимание особенности личности тех, кто общается с ребенком – членов семьи, педагога, терапевта, няни. Каковы наши собственные характеристики и предпочтения? Что дается нам легко, а что с трудом? Каков наш собственный уровень энергии? Если он высок, то мы бы могли эффективно вовлекать в совместную деятельность ребенка со сниженным уровнем активности. Или мы умеем хорошо успокаивать гиперактивного ребенка? Как мы воспринимаем то, что ребенок нас избегает – как личную обиду и отвержение лично нас, и поэтому больше не пытаемся наладить с ним контакт? Или, наоборот, совсем игнорируем его «убегание в себя» и причины, побудившие его на это, и упрямо продолжаем принуждать его к взаимодействию вместо того, чтобы попытаться расположить его к себе? Только ответив на эти вопросы, мы сможем выбрать правильную стратегию построения отношений с ребенком.

Программа Floortime учитывает как собственные интересы ребенка и то, от чего он получает удовольствие, так и те трудности, с которыми ребенок сталкивается. Ребенок никогда не делает ничего бесцельно, а мы никогда не делаем с ним ничего бесцельно. Взаимодействуя, взрослый учитывает индивидуальные особенности ребенка, а также особенности своей личности.

Многие родители спрашивают меня: «Что же нам еще сделать? Мы уже испробовали все идеи, которые были у нас в запасе! И, похоже, ничего не работает!» Я всегда отвечаю одно: «Не надо так паниковать, не надо стремиться сделать много и все испробовать, если вы в растерянности и не знаете, что делать дальше (а в такой ситуации могут оказаться многие, кто работает по программе Floortime), сделайте шаг назад, расслабьтесь и понаблюдайте за ребенком. Понаблюдайте и подумайте, как можно использовать то, что ребенок уже умеет». Родители возражают: «Да он ничего не умеет делать, он только кругами ходит и стучит». «Это уже что-то» — возражаю им я. — «Ребенок всегда ЧТО-ТО делает».

Постоянно задавайте себе вопрос, КАК использовать то, что ребенок уже делает или умеет делать, для того чтобы сделать следующий шаг в развитии? Присоединяйтесь к нему в его пространстве и в его деятельности. Начинайте просто копировать то, что он делает, и потом выходите на следующий уровень.

Как положить начало взаимодействию с ребенком? Ключом к этому будет использование инициативы ребенка. Мы не хотим делать только что-то С РЕБЕНКОМ или ДЛЯ РЕБЕНКА. Мы хотим, чтобы и РЕБЕНОК сделал что-то ДЛЯ НАС. В этом и состоит вызов.

Всегда начинайте с того, что ребенок любит, чтобы С НИМ делали. Щекочите его, кружите, посадите на папины плечи и катайте. Но как только ребенок оказался на папиных плечах, попытайтесь спровоцировать его на следующий шаг – пусть он жестом или звуком, или любым другим способом покажет вам, что хочет, чтобы лошадка или самолет (то есть папа) скакала или летал еще и еще. Если ребенок берет в руки массажер для спины, пусть он покажет, где ему хотелось бы, чтобы мы почесали – по спине, по животу, по ручкам и т.д. Всегда необходимо вызывать инициативу со стороны ребенка, нежели просто выполнять для него какое-то действие.

Как только первые шаги в направлении построения двустороннего взаимодействия и общения с ребенком сделаны, начинается самое трудное и для родителей, и для профессиональных терапевтов и педагогов. И эта трудность заключается в том, чтобы превратить эти первые шаги в постоянно идущий процесс, чтобы сделать так, чтобы его течение не прерывалось. Ребенок может единожды ответить на посыл от взрослого, или сам инициировать коммуникацию в том случае, когда в этом возникла необходимость, и тогда он использует улыбку, кивок головой, жест руками или позу тела, и, возможно даже, слова. Однако, самое трудное для детей с проблемами в развитии, включая аутичных детей — это постоянно поддерживать процесс двусторонней коммуникации.

Как сделать так, чтобы коммуникация не ограничивалась единственным словом или жестом? Как сделать так, чтобы коммуникационная цепочка состояла из 50 или даже 100 элементов – слов, жестов, выражений лица, чтобы это стало настоящим разговором двух людей? Чтобы достичь этого, сделайте это вашей ГЛАВНОЙ целью. Настаивайте на этом, не пропускайте этот важный шаг. Если мама устала «играть» в открывание дверей, подключайте папу!

«Покажи мне дверную ручку», — просим мы ребенка, и ребенок показывает. Дальше попросите ребенка доступными для его понимания способами изобразить звук открывания двери, и так и далее, и так далее, до тех пор, пока вы раз десять не обыграете разными способами процесс открывания двери. Увеличение количества элементов цепочки двустороннего общения, поддержание постоянного процесса общения, побуждение ребенка к проявлению собственной инициативы, это не просто бесконечное повторение одного и того же действия. Играя с ребенком в машинки, изображая руками тоннель и меняя местоположение наших рук, мы постоянно подталкиваем ребенка к тому, чтобы он тоже менял направление своего движения. Необходимо разнообразить наши действия даже в рамках одной очень простой игры.

Когда ребенок уже может выразить себя словами, необходимость в многочисленных вариациях все равно сохраняется. Надо добиваться именно процесса двустороннего общения, а не останавливаться на вызывании единичных просьб или фраз. Как только у ребенка начало развиваться логическое мышление, надо снова и снова взывать к его логике и провоцировать его на установление именно мыслительного процесса, а не единичного мыслительного акта. Многие дети могут говорить развернутыми сложными предложениями, но не могут поддержать двустороннюю беседу. Вот что подчас вызывает наибольшую трудность у детей с особенностями развития. Именно работа над непрерывностью процесса является очень важной частью программы.

В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть, что диалектика программы Floortime состоит в том, что с одной стороны ребенок является ведущим звеном в любой обучающей деятельности, и все занятия выстроены под его особенности, потребности и желания. С другой стороны, взрослый (родитель, педагог, терапевт) встраивает мир ребенка в свой, взрослый мир, тем самым поднимая его на более высокий уровень развития. При планировании занятий учитываются все аспекты – особенности функционирования всех сенсорных систем ребенка (зрение, слух, т.д.), а также их взаимодействие, способность ребенка к адекватной модуляции входящего сенсорного сигнала, особенности функционирования нервной системы ребенка, особенности взаимоотношений с ребенком в семье, на занятиях с терапевтом.

Floortime — это не только лишь набор техник, используемых несколько раз в день по 20 или более минут дома с мамой, папой или другим взрослым, помогающим с ребенком. Это своего рода философия общения, которая должна лежать в основе всех взаимодействий с ребенком в любой среде – в школе, в машине, в магазине. Независимо от того, в каком контексте происходит ваше общение с ребенком, необходимо соблюдать обоюдную взаимонаправленность этого общения.

Источник: http://www.icdl.com/dirFloortime/overview/documents/WhatFloortimeisandisnot.pdf

Автор: Стенли Гринспен (Stanley Greenspan, M.D.)
Перевод: Юлия Донькина
Редактор: Елена Багарадникова